Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Небо

Нам легко слушать небо - 17

Предыдущие записи здесь.


Наутро жара такая, что растворились запахи трав. Пахнет одним солнцем, ничто не подмешано. Но я не иду на улицу. Сижу на восьмой ступеньке, той самой, что уже пол. Смотрю на паутину в высоком углу.
          Ищу свое имя.
          На улице стук.
          − Что ты делаешь с сундуком?
          − Я его собираю. Рассыпался.
          Сундук живет в пристройке, хранит в себе ветки для растопки печи.     Видно, и сам захотел в печь, так нет, пожалуйте в строй.
          Зной. Из тени смотрю за реку. Нет Старца.
          У имен, как у одежд, есть свои истории. Мое имя – о распятии, о том, что распахнутого не скрыть. Раскиданное оно, простертое, приговоренное. Такое имя – долгий крик.  А по центру оно словно прибитое.
          Распятия, видно, тоже бывают разные.
          − А креста-то не носишь, − вчера в храме мне женщина говорит. – Что ж нет на тебе креста?
          Нет на мне креста. Во мне крест.
          Вчера вдоль дороги, смотрю, мужик молодой раздетый бежит, кровь свою перегнать старается. А чуть дальше старушка идет – в платочке, в кофточке. Кровь у нее уже и не движется, еле ползет, почти дошла. А старушка вовсе не печалится: пожила и ладно. Как кровь дойдет, так и Бог простит.
       

Collapse )
Небо

Нам легко слушать небо - 16

Предыдущие записи здесь.


Вспоминаю. Лет пятнадцать назад и в городке стояли мертвые храмы. Обезглавленные, разрушенные, а иные без стен. Посреди улицы стена – в память, что раньше иначе было.
Теперь купола один к одному. Над разливом реки у старой плотины весь берег в живых церквях. Машины ползут едва, а церкви любуются своей землей, хоровод под небом ведут, поют колокольнями, дышат.
Женщина повязывает платок, крестится, девочку берет за руку, входит в храм, а мы проезжаем мимо. Хочу сойти, потрогать стены руками, но это в другой день, когда надолго приедем в город.
Выехали из городка, машина набрала скорость. Не я у руля, поэтому мое небо, а не рытвины пути, которых залатать еще не успели.
Только что было тихо, и вдруг ветер проснулся. И сразу погнал облака. Они вспушились и понеслись вприпрыжку, как белые кролики.
Дальше – узкая лесная дорога. Мне кажется, я слышу голос каждого дерева у обочины. На заднем сиденье машины сижу, закрыв глаза. И, словно не закрывала, вижу эти леса, реки, облака волшебные.
− Говорят, опять леса горят, я слышал, пожары огромны.
− Скоро вернутся лесники, спросят у лесов, как их спасти.
− Успеют?
Сломанная сосна склонила крону так, чтобы не перегородить дороги. Видно, молния ударила недавно, потому что еще зелена крона. Сосна раскидистая, чуть выступила вперед, оставив свой лес сзади, и вот подхватить оказалось некому.
− Успели спасти храмы, и леса успеют.
Collapse )
Небо

Нам легко слушать небо - 3

Предыдущие страницы.

Наутро радость: вчера я все успела. Иду смотреть поле, как оно, меня помнит? Вон отсюда виден берег, где стоял дом Старца. Там и сейчас что-то есть, не дом, нет, а что-то. Люди к этому месту близко не подходят, одни боятся, другие, которые живут без страха, не знают, как пройти.

Болота тут расправленные, густые, сочные. Даже зная тропу, не всякий уцелеет. Местные не рискуют, Старец и прежде не любил непрошеных гостей, а пришлые да заезжие, кто пробовал, тот плутал, сам не рад делался. Даже если потом в печали, все равно больше уж не дерзал. А печали ей что, только дай поселиться.

Я помню, как говорил о своих картинах художник, как, не смолкая, читал стихи поэт. Так раб беспрестанно толкует о рабстве, и сетуют на несчастья несчастливцы. Разве ты убедишь поэта, что его строки не есть соль земли?
− А я умею стихи складывать! Я их много сложил!
− Молодец! – я глажу по голове рыжего мальчонку и думаю, какую службу сослужит ему это уменье, но сначала все равно разобьет его сердце.
Царь говорит о своем царстве, видишь, я снова возвращаюсь к Царю. Ты все еще хочешь повторять, что ты – невезучий раб?
Я то к одному другу обращаюсь, а то к другому. В городе я оставила за собой многих, еще больше в стране. И не счесть – в мире.
Тут я могу позвать любого, заговорю – и откликаются все.
Так бывает, подойдешь и встанешь плечом к плечу. И в мыслях я так подхожу. А потом получаю от них письма. Или во снах вижу.
Collapse )
Лестница

Какому богу ты молишься и какая в тебе кровь

Что хочу сказать. Кто читал меня в ЖЖ еще лет десять назад, знают, что я люблю и почитаю все веры монотеизма и буддизм. Именно эти, потому что больше о них знаю, чем, к примеру, о язычестве. Но любая вера, адепты которой ищут Бога, всеобщей любви и желают света всем, - без насилия, без принуждения, без агрессии и без заносчивости, повторю, любая вера - заранее уважаема мной. В моем романе "День девятый" об этом однозначно показано. Главное с тех пор не изменилось.
Что касается представителей веры, то помимо перечисленных свойств должно быть еще одно для меня, чтобы стало возможным наше общение, тем более общение доверительное. Это отсутствие снобизма, отсутствие такого специфического наполнителя, как "мы-единственно-верные", "мы-единственно-правильные", "мы-лучшие". Как только я подобное встречаю, я поворачиваюсь и ухожу, чтобы даже в разговоры не вступать.

Снобизм по вере. Снобизм по крови. Если кто-то считает, что в нем течет кровь голубая "богоизбранная", значит, для меня это чужой человек. Более того, я не верю в доброту снобов. Тут, правда, поставлю точку, потому что доказательства и иллюстрации в этом вопросе - интересная, но долгая история.

У меня есть подруга, так вот у нее с мужем в обороте такое милое слово о людях, кого мы хотим в любой теме описать. Мы же говорим чаще всего: "Те, которые...". И вот подруга с мужем называют их...

Collapse )
мельница

Десять дней жизни и молитвы

Мои десять дней в Израиле пролетели, успев вместить в себя так много, что мне теперь молиться и молиться, чтобы отблагодарить принимавших меня со старшей дочерью и внучкой друзей - и Бога, творящего любую судьбу. Чем больше проходит времени, тем больше я думаю, что мы приходим в этот мир с закладками на каждой странице, потому ли, что накопили грехов и заслуг в прошлой жизни, как верят буддисты, потому ли, что кровь наша "все знает", потому ли, что нами управляют звезды. Конечно, воспитание играет, это вне сомнения, но все эти игры все равно внутри той самой лодки судьбы, о которой говорят, что она без весел... Ни на что подобное я не рассчитывала. Не в этот раз, а вообще. И это так странно, прослеживать неумолимые закономерности событий и действий людей. Никто из тех, кого я знаю, не мог бы "поступить иначе", и это тем более очевидно, чем дольше я знаю людей.

В эту поездку мы собирались год, а до этого мечтали давно-давно. В фейсбуке я, конечно, выкладывала фотографии, писала по нескольку слов, а тут сделаю небольшой обзор просто чтобы не сгинули некоторые подробности поездки. И будет тут ссылка на пост и пара слов, а потом еще и еще.
Collapse )
крылья-облака

Исполнение

В конце апреля прошлого года в Израиле я молила Бога о детях. У Стены Плача я не плакала впервые, а просто растворялась в ней, сливалась с нею, утрачивая границы тела и теряя ощущение камня. Я не знала, сколько прошло времени в тот раз, но все передавала Ему сокровенное, такое выстраданное, такое, только Ему возможное. Помню, в какой-то момент из глубин Стены к моим закрытым глазам стало вдруг приближаться что-то, что я рассмотрела сквозь веки и оторопела, перестала дышать. То была реальность, я знала, то был Он, и Он меня слышал. Потрясенная, я прервала излияния, умолкла. Мне не хотелось уходить, но я сказала все, что собиралась. Без записок, я перестала закладывать их в пазы Стены. В эти пазы я вливала свою душу, и она оставалась там, недподвластная вытеснению ни людьми, ни природой ветров.
Collapse )
Хранитель

Итоги. Любовь. Справедливость.

Несколько раз подходила написать об итогах года, а все не поднималась рука. Сказать, что год, в котором человек навсегда простился с отцом, хороший, как-то не поворачивался язык. И все-таки этот год подарил мне счастье, на которое я не надеялась и которого не ждала, больше того, в конце прошлого смирилась уже с совсем другим исходом.

Начало года: я маялась.

Как это бывает всегда в случаях обострения интуиции, я понимала, что мне нужно увольняться, но не могла этого разумно объяснить. Сидишь плотно, платят нормально, возраст ого-го, куда тебя несет? Но нет. Что-либо сделать моему разуму с моей душой никогда под силу не было. Я понимала, что все равно уйду, что это будет завершение огромного этапа жизни, и что дальше неизвестность. Давила разлука с отцом, но я приняла. Молилась, конечно, как и рассказывала, но без надежды совсем. Просто чтобы не жаловаться вовне, не печалить ни далеких, ни близких, рассказывала о своих переживаниях Богу и почти полностью этим ограничивалась. Я решила после увольнения поехать в Израиль, как будто отметить эту остановку после завершения, побыть там всласть, пообщаться с друзьями, послушать язык, который так трудно дается моей уставшей памяти... А потом вернуться и будь что будет.

В Израиле я действительно провела чудесное время. Дышала полной грудью, общалась, много думала, беседуя с умной подругой, молилась и мечтала. И вдруг - невозможное! - звонок от отца и просьба поскорее приехать! Я полетела в Москву.

Конечно, мы все понимали, что не случись беды с его женой, папа меня так бы и не позвал. Позже, когда сошлись все нити, стало понятно, как сильно влияла она на него, сначала под давлением характера, потом болезни. Эти влияния, мне ли не понимать их природу, и я бы не переложила ответственность на плечи влияющего в полной мере ни за что, если бы.. если бы не треклятая любовь, которая лишает объективности даже очень сильно старающихся быть справедливыми людей. Я не хотела винить своего отца ни в чем. Я буквально "дорвалась" до него и все мои обиды, набранные за жизнь, улетели, как споры одуванчика... Теперь я могла просто его любить, просто приходить к нему, когда хотела, просто... Теперь у меня - "я в твоем распоряжении, доченька" - был мой папа.

Все я понимала. Маленькая девочка отыгрывала свой гештальт. "Это мой папа!" - и мне было все равно даже то, что управление всем, что он имел, было закреплено за его молодой женой, и ни сам отец, ни тем более я, не знали, держит ли она имущество за собой или его завещала своей дальней родне. Она была плоха, не говорила, только рычала и заходилась словно от злости, и я не знала, это болезнь творит с ней такую разруху, или она же отпустила тормоза и наружу вырвалась личина... Похоже, что это было второе, и я прошмыгивала мимо ее комнаты, приходя к отцу, чтобы она не видела меня. Но она чуяла и рвалась. Господи, думала я, почему так, почему. Ведь я никогда не конкурировала с ней, не спорила, отступала, отдавала. И можно бы было ответить, что это потому, что она себя чувствовала в семье моего отца так же, как моя мама, изгоем, или же потому, что она осталась бездетной, или придумать еще тысячу "потому". А можно было ограничиться словом "зависть". Словом, которому никакие "потому" не нужны. Их находят, конечно, эти слова. Но только лишь для того, чтобы прикрыть ими свойство души и личное, чаще неосознанное, мироощущение.
Collapse )
Хранитель

Мы живы

Колпачный переулок - не только  перевернувшим всю мою жизнь детским домом № 19 знаменит. Когда-то там, в этом переулке жила бабушка моего отца,  моя прабабка, в чью честь меня и назвали. Не совсем так, она была Алта-Хая, но это на иврите, а по-русски родня называла ее Анной. Мой отец иврита не знает, надписи на документах не читал, а называл ее бабушкой Аней, как и другие ее внуки. И вот эта бабушка жила в Колпачном переулке. Туда приезжала и скрывалась там после ссылки Этель, мама моего отца. Там он сам бывал все свое детство, а позже, во время войны, приезжал в увольнение, а когда просрочил его, тоже там прятался. С этим адресом у него ассоциируется родовое гнездо, безопасность. Судьба.


Я думала, что сегодня - день ухода моего отца. Видела дату 11.08.18, она проплыла передо мной  три ночи назад. Так прямо написать я побоялась, написала в фб, что разрешение наступит "через два дня на третий", а теперь вот пишу тут, где у меня самые важные записи. День еще не завершен, но, кажется, не сбылось. Плевать не буду, потому что мы настолько в Божьем Промысле идем, просто по серединочке колеи. И я могу ошибиться. Но Бог - нет.

Последние несколько дней отец был никаким. Он не всякий раз узнавал нас, временами становился буйным или отсутствующим, в общем, в ускоренном виде расцветала и созревала деменция, нарастала слабость. В то же время он сделался очень цепким, хватался за руки намертво, ночная сиделка перестала с ним справляться, и я переехала к нему окончательно, чтобы быть рядом. У нас сейчас хорошая сиделка, приятная девочка, добрая, старательная, мы с ней ладим. Вторая, приходящая днем от Совета Ветеранов, женщина тоже обстоятельная, спокойная, в общем, мы тут вокруг моего отца буквально водим хороводы, ублажая его во всем, а он очень требовательный, особенно в том что касается гигиены и чистоты. Но последние дни нам разные мысли приходили в голову. Вернее, приходила одна, та, что и мне: завершается.
Папа отключался. Самым главным и опасным мне казалось, что у него отступили все боли. Так мы все время ему то укол, то болеутоляющее, а тут не болит. Я спрашиваю, он отвечает отрицательно. И лицо торжественное.

День назад он вдруг стал спать сам, без таблеток. Таблетки у него самые безопасные - фенибут, мелатонин, вообще-то, все они плоховато помогали отцу, а транквилизаторы я боялась давать, чтобы он не слабел и не уходил в сон. Держали мы транквилизаторы на крайний случай. И, конечно, вообще без таблеток вообще было боязно, но все же вдвоем мы бы справились и с буйством, и давать перестали из-за его слабости, да и сознание мутить не хотелось даже фенибутом. И вдруг он спит сам. Это тоже заставляло держаться наготове.


Collapse )
луна в окне

Предсказания по камням. Отложенное.

Если помните, несколько лет назад я стала собирать камни.Это случайно получилось, доча поехала в Индию, спросила, что мне привести, я ответила "красивый камушек". Доча привезла пару, мне захотелось добавить к ним третий... И образовалась у меня потихоньку тарелка камней. Я показывала ее здесь.
Со временем тарелка менялась. Камни мои жили на рабочем столе, рядом с моими мыслями, я разговаривала с камнями, что-то им рассказывала и даже о чем-то просила, а потом некоторые дарила... "Тарелка" все время меняла свое лицо.
Однажды я вытащила камушек, как будто это я в ситуации решения задачи.
Поискала другой, который на саму задачу был бы похож...
Затем поискала камушки, которые, на мой взгляд, были похожи на благополучный исход ситуации...
И на неблагополучный.
Отнесла эту горку в свой алтарь и положила рядом с молитвенной Книгой.

Это было началом создания моих каменных рун.
Камни в алтаре жили отдельной жизнью. Изо дня в день, приходя на молитву, я двигала камушки, проверяя память и чувства. Те ли эмоции они хранят? Тем ли событиям соответствуют? Верно ли я помню задуманное? Нет ли диссонанса между ролью, которую я для камня избрала, и его, каменной сутью?

Однажды я решила обратиться к своим камням с вопросом. И получила ответ, который сбыться не преминул. И снова камни лежали в алтаре, я понемногу добавляла к ним то один, то другой, пока наконец не поняла, что достаточно. У меня образовался некий обязательный набор и добавочный, с персонажами, в зависимости от сути вопроса. Наконец настал день, когда я поняла, что руны мои готовы говорить с людьми. И они заговорили.

Возможно, в ближайшие дни я предложу вам небольшую акцию. В этот день я попрошу мои камни ответить на ваши вопросы. От каждого желающего мы возьмем только один вопрос. Этот вопрос должен был четким и конкретным, не пространным. Думайте пока.

На открытке не мои камни, это из инета. На моих нет начертаний, в этом никакой нужды не вижу, я и так знаю их смыслы, кроме того, я могу заимствовать из чужих систем, но ни одну не воспроизвожу полностью, свои системы я создаю сама. И мои камни показаны не будут, они алтарные, защищены молитвой, живут в алтаре и покидают алтарь только для ответа на вопрос. Они каждый день лежат иначе, они разновеликие. Они живые.


Collapse )
Хранитель

Окончание или

Окончание или продолжение.
Сегодня истекли сорок дней, которые я положила на молитву о своем отце. После происшествия, описанного
ЗДЕСЬ
и потом немного ЗДЕСЬ.
В комментариях ко второму из названных постов я писала, что стихи, которые подтолкнули меня к нему, все же написаны не об отношениях "отец-дочь", а об отношениях "мужчина-женщина". Они пронзительные и они послужили стимулом, но все же они не были обо мне.

Когда это все случилось, опустошение, навалившееся на меня, было немыслимым. Как для человека, склонного искать, и, что важно, находить выходы даже в безвыходных положениях, самым ужасным для меня была невозможность что-либо изменить. Мне некуда было шагнуть, невозможно было объяснить что-либо, меня как будто запаяли в непрозрачной колбе.

Отношения с моим отцом я строила всю жизнь. Об этом написано в "Дне девятом", далеко не все написано, что понятно, но и роману уже больше десяти лет, и я гордилась тем, что несмотря на антагонизм родителей, несмотря на папино такое непростое восприятие действительности, в которой он остался пострадавшим без шанса быть утешенным, несмотря ни на что мы наши отношения все же сохранили. Они не были фундаментальными, наоборот, их хрупкость все время давала о себе знать, но они были, я старела, последние годы стремительно, и у меня все еще был отец. И вдруг это лопнуло.


Collapse )