anna_gaikalova (anna_gaikalova) wrote,
anna_gaikalova
anna_gaikalova

О патриотизме

Мне тяжело говорить на эту тему. Тяжело хотя бы потому, что большинство из нас, к великому сожалению, ушли в понимании этого слова далеко в сторону веяния времени. Еще потому тяжело, что сейчас для меня стало очевидным, насколько сильно многие взрослые люди опасаются того, «что будет говорить княгиня Марья Алексеевна», если вдруг узнает, что они общаются с «инакомыслящими». Насколько зримо многие из тех, кто считают себя сторонниками демократизма, зависимы от общественного мнения и не склонны, даже допуская некий, противоположный общепринятому взгляд, публично его обсудить. Еще потому, что публикуя свои раздумья под тегом «размышления», я не могу заградить себя от домысливания и трактовок. Еще тяжело потому, что, в очередной раз противопоставляю свое мнение мнению большинства.

И все-таки я хочу об этом поговорить. Потому что патриотизм это не просто состояние, мне присущее, то есть, то, что мне по душе. Это еще то, что я и умом считаю правильным и нравственным. Невзирая ни на какие «веяния времен», ни на высказывания на эту тему классиков, ни на моду, ни на нападки либералов. Впрочем, может быть, в конечном итоге окажется, что я думаю на эту тему как-то оригинально. Привнесу в заплеванный термин что-то свое, что сделает дискуссию бессмысленной. Но нет. Я покажу, конечно, причем, постараюсь сделать это максимально всесторонне, что для меня патриотизм. Но вряд ли я кого-то сумею переубедить. Впрочем, цели такой я ни на минуту не ставлю.
Я, вот, знаете, о чем еще думала все это время? Зачем мне нужно, имея таких прекрасных друзей по всему миру, писать свои посты, противопоставляя привычный и удобный взгляд другому, который тоже может быть, причем – ценой потери друзей. И я нашла ответ на этот вопрос. Я это делаю потому, что большинство людей, которые думают так же как я, не блогеры. Есть, конечно, и среди моих единомышленников те, кто ведут свои ленты, но их очень мало в сравнении с огромным количеством молчащих, не привыкших к публичным выступлениям людей. И мои посты – поддержка именно им. Даже если они так не думают, но только чувства наши похожи, мои слова – честная им поддержка.
Итак, патриотизм. По привычке, прежде чем начать свои рассуждения, посмотрела в словарь, а там… Даже часто цитируемый мною умница Оскар Уайлд якобы сказал, а где, не знаю, что «патриотизм — религия бешеных… Патриотизм по сути своей агрессивен, а патриоты, как правило, — люди злые". Но, как понимают те, кто хоть немного знает меня, сказал так Уайлд или же нет, для меня лично значения не имеет. Я стала смотреть дальше, потому что искала не отношения к слову или явлению, а само слово. Его исконный смысл. Но снова приткнулась: «Патриотизм — последнее прибежище негодяя» (англ. Patriotism is the last refuge of a scoundrel) — афоризм, произнесённый доктором Самуэлем Джонсоном в Литературном клубе 7 апреля 1775 г. и опубликованный Джеймсом Босуэллом в жизнеописании Джонсона в 1791 году». Однако и это моего интереса не ослабило. Узость мышления, присущая множествам людей, для меня давно не открытие, но предмет интереса. Так я подумала и стала смотреть дальше, добавив при этом, что есть люди, в глазах которых лучше бы мне прослыть негодяем, чем сделаться их другом.



А дальше шли цитаты, и я опечалилась, что криво вспомнила классиков. Вот например А.Н.Толстой говорил так: «Патриотизм — это не значит только одна любовь к своей родине. Это гораздо больше... Это — сознание своей неотъемлемости от родины и неотъемлемое переживание вместе с ней ее счастливых и ее несчастных дней».
Или
«Самые большие подвиги добродетели были совершены из любви к отечеству», − мнение Ж.Ж Руссо.

И дальше множество разных высказываний, в большинстве своем положительных по отношению к патриотизму, чего я, к слову, не ожидала. Потому что то, как надругались сейчас над патриотизмом в мире, достойно очень сильных эмоций. На фоне этого массового явления – надругательства − сложно представить уважаемых людей, раскапывающих тонны бумаги или листающих множество электронных ссылок в поиске поносных и негативных мнений о патриотизме. Думаю, для всех, кто дочитал до этого места, стал очевиден мой некоторый скептицизм. Что ж, я немедленно постараюсь его унять, тем более что его и есть крохи. Скептицизм меня не окормляет, хоть порой я и не могу совсем его обойти.

Поэтому я больше никаких высказываний приводить не буду. Возьму лишь Википедию: Патриоти́зм (греч. πατριώτης — соотечественник, πατρίς — отечество) — нравственный и политический принцип, социальное чувство, содержанием которого является любовь к Отечеству и готовность подчинить его интересам свои частные интересы. Патриотизм предполагает гордость достижениями и культурой своей Родины, желание сохранять её характер и культурные особенности и идентификация себя с другими членами народа, стремление защищать интересы Родины.

Итак, о чем же шум? Да вот о чем: πατριώτης — соотечественник, πατρίς — отечество. По мнению либералов всех времен, жители российской земли не имеют ни основания, ни права гордиться своим отечеством, понятие «соотечественники» для этого рода людей подлежит уничижению. Не должно быть таких понятий в жизни тех, кто родился на русской земле.
Недавно в беседе о национализме с одним из френдов моей ленты мы говорили о том, что история России в какой-то момент могла пойти по другому сценарию. Я писала, что была возможность у нашей страны стать субъектом США, было такое предложение со стороны Америки, оно оказалось не поддержанным. Если бы вдруг такое осуществилось, Россия была бы разбита на какие-то участки наподобие штатов, и совершенно не факт, что людям в них плохо бы жилось. Россия бы подчинилась, на земле настало бы единовластие. Возможно, это было бы мудро с точки зрения сохранения мира на земле… Если бы Россия подчинилась.

Напомню, этот пост маркируется тегом «размышления». И я сейчас в который раз прокручиваю то, что думаю об этом. Мог быть другой сценарий. Только вот, я не верю в то, что мои соотечественники сумели бы рассредоточиться по планете так, чтобы никого и ничем не отягощать. Самобытная, неуклюжая, добродушная, щедрая, но яростная нация не смогла бы стать незаметной без тщательного, возможно, физического сопутствования этой незаметности. Размышляю и прихожу к выводу, что где-то все равно собралась бы некая критическая масса моих сограждан, способная останавливать потоки. Неудобная для всего мира Россия не могла подчиниться. Она и не подчинилась, предложения не приняла. И продолжила всем мешать.

Мне все время хочется отойти от ракурса и взять другой угол зрения. Я ловлю себя на собственной неудобности и отождествляю себя со своей страной. Тысячи раз неправильно понятая в своих намерениях и действиях, я все еще надеюсь быть услышанной. Ракурс этого абзаца – ошибки, на которые, как известно, каждый имеет право. Больше того, и я уверена, не совершив некоторых ошибок, так никогда ничего и не поймешь. Потому что ничего не может быть хуже комплекса непогрешимости. Я не стану спорить с теми, кто, прожив, перышка не уронил. Моими оброненными и разлетевшимися по земле можно, собрав, набить перину. Зато я знаю на собственной шкуре. И я никогда не говорила, что моя страна безгрешна. Мы с ней совершали жуткие вещи, каждая в свой час. Но если я поняла когда-то, то как я могу лишить этого шанса ее? Нет. Этого сделать я не могу. И я даю своей стране этот шанс.

Теперь посмотрим отсюда, возьмем еще один угол. Он не новый, скажем так. Это мое отношение к вседозволенности. Не поддерживаю. К безграничным аппетитам. Не подписываюсь. Вчера дочь с внучкой пришли, и мы включили ролик с кошечками, взяли на ю-тубе. Такая чудесная раздача: «Милые и смешные истории про животных». Включили. А там мат-перемат. Это о моем отношении к полному отсутствию цензуры. Нет, не одобряю. Другое дело, «а судьи кто». Но оно настолько другое, что об этом не здесь и не в этот раз.

Взгляд с еще одного подъезда. Как росли мои дети? Не было и быть не могло в моем доме никакого демократизма. Было там слово матери и слово отца. Был там закон и стоял он незыблемо. Пусть бы кто-то попробовал мне диктовать, вылетел бы вон. Семья держалась в строгих рамках. Выращивались там уважение и честь. Выкапывались там и реанимировались те категории, которых сейчас кому-то хрупкому не переварить: о родине мы говорили, о благодарности, о честности, о благородстве, о мужестве. Мы воспитывали наших детей так, как воспитывали наших отцов и нас. Все дело в том, что мы не разуверились в правильности этого воспитания. Никакие современные тенденции не сумели нас переубедить.

Следующий угол обычный. Те коммунисты, которые жировали в верхах СССР и те, что безумствовали еще до моего рождения, никакого отношения к тому, во что так верили наши отцы, не имеют. Их, таких как отцы наши, было подавляющее, тотальное большинство. И когда в перестройку началось массовое биение себя кулаками в грудь с показательным глумлением над партбилетами, мой отец и отец моего мужа, как и муж мой, в этом участия не принимали. И я рада тому, иначе мне было бы стыдно за них. Они не отрекались от того, во что верили люди, простые люди. И они не имели отношения к горстке стервятников, которые правили бал. Этот угол, собственно, о массовых психозах. Которым мы, как не были, так и ныне не подвержены. И еще о том, что заблуждающиеся реально и повально, верящие не в то, что некое очередное преступление совершенно по осознанному приказу сверху, а в какую-то ошибку, лишенные информации люди, жившие в СССР, были во многом несравнимо чище душами своими, чем всепроникающие и якобы все знающие современные глашатаи современной истины. …Есть у меня один френд, который вскипает от словосочетания «простые люди». Так и хочется подуть: остынь. Простые люди тогда были чище.

О чем я говорила раньше. Могла бы не напоминать, потому что вдруг кто забыл, и мне тогда легче, но я напомню, потому что это как раз на ту же тему. Угол следующий. Не было никогда у России мирного сосуществования с Америкой. А поскольку, и это было видно, противостояние стран увеличивалось, то я и восприняла закон Димы Яковлева так: самим надо воспитывать своих детей. Отдаешь, Россия, детей своих другим державам, тогда прогнись и не питюкай. Стань «клиентом», как тебе предлагали и заткнись навсегда. Хочешь быть самостоятельной, тогда и детей своих сама выращивай. Вот так я это восприняла. И сейчас могу сказать, что этот закон оказал колоссальный толчок на моих сограждан. Огромный. Но если кто хочет подтверждений, пусть ищет сам. Тем более что все равно каждый найдет то, на что заточена его душа.

Дальше - из уголка укромного, да сразу на постамент. Отношение к сексуальным меньшинствам. Опять страну поддерживаю. Только вот из формулировки "о запрете пропаганды гомосексуализма детям" слово "детям" я бы убрала, причем, не задумываясь. И безусловно никаких детей на усыновление не давала бы. Живите спокойно, ребята, но ни детей, ни свадеб. Сил тебе, Россия, отстоять то, на что мода пройдет быстро, но жертв принесет много.

Дальше. Отношение к эмиграции. Спокойное. Могла бы и сама уехать, если бы все было в порядке в стране. Что стала бы делать, если бы непосредственно над моей головой засвистали пули, просто не знаю. Говорю о том, что переживаю или пережила. Но при мире, при боле или менее покое я могла бы уехать на старость в страну с мягким климатом и морем. А в таком положении, как сейчас, нет. Если бы кто-то из детей решил и смог уехать, не останавливала бы. Разве что грустила бы, потому что привыкла часто их видеть.

Если так пойдет, то мне уже не углы считать придется. Но нет, до трехсот шестидесяти делений я не дотяну. Хоть и возьму еще. Например, угол понятия «граница». Одно из фундаментальных понятий гештальт терапии (ссылка не означает разделения или предпочтения) – сопротивление, синонимами которого являются «механизмы избегания», «механизмы защиты». Большинство из нас чего-то избегает и от чего-то защищается. Или всегда или в определенные периоды. Так вот, в соответствии с гештальт установками, существуют четыре типа сопротивления человека, и все – по признаку отношения именно к границам. Это:

интроекцирование


проецирование

ретрофлексия и

конфлуэнция .

Ссылки я взяла как попало, кому интересно, можно посмотреть. Я же хочу сказать, что если и есть у меня потребность в защите, то она, конечно, связана с неощущением границ. Это во всем – в дружбе, в прочих отношениях в мирной жизни. Когда я это поняла, я стала следить, работать над проблемой. Даже не чтобы изменить. Но чтобы оставаться осознанной. Но, надо сказать, получается не очень, придется потратить время, чтобы хоть как-то выровнять этот перегиб.
В чем он заключается? (Угол тот же). В том, что я предстаю перед людьми максимально распахнутой, совершенно без защиты. И предполагаю (по невыясненным причинам), что это не будет воспринято как панибратство. Но всякий раз, увидев, что ошиблась, я о границах вспоминаю. И тогда на некоторое время могу их жестко обозначить. Но потом открываюсь снова. Явно совершенно, что пресловутой серединной линии у меня в этом плане и в помине нет. И мне кажется, что у моей страны примерно такой же способ защиты самой себя. Мы с ней, с моей страной, себя положим, если что. Отдадим тебе все, а о себе не вспомним, если ты нуждаешься. И будут витать наши границы, как будто их нет, для выхода, входа и разграбления, если мы заигрались, зазевались или глазам своим не поверим никак. Ты только гни, но знай меру. Не перегибай. Терпения нам с моей страной не занимать. Но спаси тебя Бог его исчерпать.

Какой еще угол взять. Отовсюду все врут всем. Глупцы верят, что ложь односторонняя. В чем мы не похожи с моей страной, так в этом: врать не из какой корысти не буду. Я даже могу себя поздравить с некоторым ростом. Несмотря на клевету и передергивание моих слов, я не буду защищаться и приводить доводы, не буду что-либо объяснять. Даже в ответ на прилюдное оскорбление смолчу.  Но я не политик, а моей стране приходится. Я же просто размышляющий человек, ищущий истины, способный узреть подобие, человек, работающий над собой, сожалеющий о нашем людском несовершенстве и принимающий жизнь такой как она есть.

Да, невеселая картина. Я пишу этот пост, как будто прощаюсь. Но я еще не решила, что буду делать дальше. В журнале volshebnypendel все, что я хотела сделать, я сделала. А здесь… Мне не хочется подставлять людей. Хороших людей, которые сейчас стесняются того, что дружат со мной, поэтому на всякий случай не показывают этого прилюдно или же подчеркивают разницу взглядов. А с другой стороны, есть те, кому сейчас очень помогают мои слова. Значит, мне нужно в очередной раз себя превозмочь.

Что еще про патриотизм. А то, что это просто нормально, как мыть перед едой руки. Ненормально, когда вдруг одна нация начинает ненавидеть другую. Ненормально, когда национальное самосознание уничтожено до такой степени, что жители страны поносят эту страну. А будет ли такой поноситель орать в окно о своих несвежих подштанниках? Нет, смолчит. Вот и тут не лучше ли заткнуться и пойти заняться починкой и постирушками на местах. Это тоже угол, кстати. А любить свою страну – нормально и правильно.

Гордость, угол номер N. Почему когда мои дети гордятся своей семьей, это нормально, когда ребенок вырос и забыл про мать, это уродство, а когда люди, живя в стране, ее не любят и не хотят помогать ей, а все гребут под себя, это вроде ничего не значит? Значит, еще как. И для меня слово Родина – не пустой звук. Я воспитываю своих детей так, чтобы они улучшали свою страну. И пусть страна эта становится такой, чтобы ею можно было гордиться. Подруга приезжала и говорит: «У нас в Израиле…» - и такая нежность в ее голосе. Друзья, живущие в Америке уже очень давно, с гордостью и радостью рассказывают, что у них хорошо. Хочу, чтобы мои дети могли так чувствовать себя дома, в нашей стране. Это патриотизм. И я считаю, что это правильно и хорошо.

Дальше. Ограничения. Надо от чего-то оказаться для себя, чтобы сделать для всех. Да, надо. Я так и делаю. Согласна и продолжать буду.

Дальше. Об убеждениях, угол следующий. Я считаю, что демократия не имеет границ, как, в общем, не имеет границ ни один общественный строй. Но там, где устремлениями людей правит жажда зрелищ, в чем бы она ни выражалась, окончательной станции нет. В конечном итоге они начинают неизбежно резать жирафов и расчленять их на глазах у детей. Это когда уже «исхотелись». Чего бы еще пожелать-то? Ну что же, оно прогнозируется. А почему это о патриотизме, скажу. Мне настолько мерзко это деяние с убийством животных, что я и за деньги не поеду в эту страну, ну, например, как турист – посмотреть.

Дальше. Много у проблемы углов. Но вот, если сформулировать главный, уж простите за выражение, Красный угол, то слова у меня для него такие: именно та часть меня, которая патриотично относится к стране, которая способна расширить себя куда дальше границ собственного тела и включить в расширенного себя любовь к людям, и дала мне возможность прожить мою жизнь и сделать то, что я уже сделала и делать продолжаю.

Еще уголок. Но это на всякий случай. Я пишу статьи для родителей, работаю с взрослыми людьми. У меня хороший язык, это данность, и я прилагаю максимум усилий, чтобы убедить широкий круг людей в том, что патриотизм – просто необходимая черта. Чтобы люди могли поднять голову, чтобы люди могли начать по-настоящему созидательно работать, чтобы люди могли расправить плечи, им, нам(!) необходимо себя уважать. Много сделано для того, чтобы россияне не только уважать себя не могли, а стыдились сами себя. Я же буду делать все больше и больше, чтобы это чувство – самоуважение – к нам вернулось. И если вдруг меня услышат, а такое может быть, не надо потом говорить, что я что-то делаю «по заявке радиослушателей». Делала и делаю – в ущерб себе, но по совести, потому что считаю это правильным, потому что способна просчитать не только на шаг вперед, а куда больше и скромничать в этой данности, как и в способности убеждать, не собираюсь.

Помню, я ходила на занятия в Ульпан. И после языка вторым уроком у нас был урок еврейского самосознания. Это угол еще, но, может быть, я в нем уже стояла. Стране нужна идеология. Дети сейчас выросли пост-перестроечные – без руля и без ветрил. Пустота, она всасывает, что остается делать тем, кто сызмальства не проходил «что такое хорошо, и что такое плохо»? Им остается ненавидеть тех, кто сотворил с ними подобное. Но следующее поколение – оно таким не будет. Это видно уже сейчас.

Угол связи. Звонит друг из Америки, а у него любовница в Севастополе. Говорит, как же счастливы люди, и какой же дешевый треп, что референдум подписан под принуждением. А я и с другими крымчанами говорила, чай у мужа родственники и там. Радуются люди и мы рады. Крыму будет куда лучше, чем было.

Вот еще угол, чуть не проскочила. Он называется «просанкции». Ответ такой: ну и не куплю, ну и не поеду. Вообще, чем меньше снаружи, тем больше внутри. Если, конечно, человек склонен работать надо собой. А я и те, для кого пишу (живу, дышу), склонны.

Угол парадный. Подписываюсь: я считаю, что наконец наши взялись за голову. Наконец наигрались и поняли, что Россия – слишком серьезная величина, чтобы ее разодрать в лоскуты. Анализируя некоторые данные за последние, скажем, года полтора, полагаю, что за голову они взялись не вчера. И что все у нас сейчас разворачивается в правильном направлении. Больше того. Я полагаю, что мы все живем в исторический момент перемен сфер влияния, передислокации, новой расстановки фигур. И находясь в эпицентре этого времени, я уверена, что именно так России и надо двигаться, не дожидаясь, пока вслед за жирафами приверженцы натурализма вырежут всех. Чтобы этого не случилась, Россия будет укрепляться.

Предпоследний угол, его не было, вернулась, чтобы дописать. Демонстрации в СССР, как любят и модно повторять, были принудительным сходом, и все шли такие измученные-строй-ненавидящие. Да ерунда. Если не хотели, так по большей части, как мы и сейчас не хотим в выходной лишний раз поднять зад. Но даже если нам и говорили, что надо пойти, люди шли и вместе радовались. Это были всенародные праздники, а кривили лица те, кто их по любому кривит, потому что не дано от природы испытывать добрых чувств, а надо обязательно все обделать. А мы с друзьями ходили и радовались. И когда я была маленькой, папа меня на плечах на демонстрацию носил. Это было волшебно. Взрослой тоже ходила и было мне на душе хорошо. Сказанное лишний раз доказывает, что каждый помнит то, на что заточен глаз: кто клопов, а кто початки сахарные.

Угол с кадильницей. Молюсь в это время о чувстве меры. Только об этом. И даже развивать этой темы не буду, потому что те, кто дочитал, прекрасно все поняли, а остальные давно плюнули и ушли.

Ну и последнее. Уголок с траурной каймой и искусственной розочкой. Если со мной что-нибудь случится, вот только не надо говорить, что бедная Аня-де во всем была хороша, однако в отношении к России ошибалась.

Нет, я не ошибаюсь. Я верю, что все именно так, я буду делать, чтобы все так было.

И так будет.
Tags: размышления, трудные времена
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 124 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →