anna_gaikalova (anna_gaikalova) wrote,
anna_gaikalova
anna_gaikalova

Доброе утро, ханыга!

У нас в подъезде, и не где-нибудь, а в квартире над нами, многие годы живет психически больной человек. Это ужас и проклятие округи.
Конечно, картина меняется, но я расскажу сейчас, как мы эти годы жили. Да и жить продолжаем.

На протяжении многих лет этот человек, открывая окна, орал чудовищным матом на улицу. Он открывал окна, высовывался то с одной стороны, то с другой, и выкрикивал в воздух такие матерные словосочетания, такие дикие "рекомендации по применению и использованию" человеческого тела, что меня, человека, которого матом в принципе сокрушить невозможно, волосы дыбом вставали. Правда, в основном от стыда перед окружающими. И от омерзения.

В доме росли дети. В дом приходили гости. Многие приводили своих детей. И мы никогда не знали, в какой момент польется из окон верхнего этажа этот дикий поток словесных нечистот. И он лился. И у людей вылезали на лоб глаза.  Мы просили прощения. Объясняли.

Соседи, живущие рядом с ним, писали заявления в милицию. Вызывали наряды. Ходили по подъезду и собирали подписи. Но все оказывалось напрасным, человек продолжал орать, управы на него не было.

Его семья - дети и жена, давно махнули на него рукой. Сыновья выросли и уехали, что понятно. Как можно жить с таким отцом, тем более женатым молодым парням, тем более - уже со своими  детками. Непонятно другое, как они могли оставить с ним мать. Ведь он отличался не только хулиганским нравом, еще и жестокостью по отношению к ней. Однако, чужая душа потемки, что там было на самом деле, равнодушие или что-то еще, мы толком не знали. Жена его, правда, в одной из моих попыток поговорить с ней и уговорить ее сделать что-нибудь, обмолвилась, что не понимает, как можно "сдать мужа".



- Его же лечить надо, при чем тут «сдать»? Он же весь подъезд сводит с ума! – мы пытались что-то ей доказать.
- Да, - она нам ответила однажды, - я понимаю, что мужа надо лечить. Но что я могу сделать? Сам он не считает себя больным и к врачу не идет.
Она, кстати, однажды добралась все-таки до психдиспансера. Говорить с ней там не стали. Сказали: "Идите себе. Мало ли что вы тут рассказываете". На том все и кончилось.
Позже, уже совершенно измучившись, женщина нашла себе работу по ночам, какие-то дежурства. Она боялась быть с ним ночью в одной квартире.

Теперь, чтобы вы представили себе тот кошмар, в котором нам приходилось жить, я вынуждена хотя бы пунктирно обозначить хоть каплю их того, что же этот человек орал. Сразу скажу, главными его врагами были и остаются службы охраны правопорядка и бездельники с ворами, которыми он считает всех богатых людей. Но все же самой страшной вражиной оказался в его помутненном сознании именно некий полицейский или «ментовская ворюга» - постоянно действующий персонаж наших дней и ночей.

- Ханыга! Ворюга! – раздавался вдруг среди полной тишины очень, очень громкий голос человека, который высунулся в окно. – Ментовской подонок! – тут он уже хрипит. – Ты , поганая тварь, которая (прошу прощения у всех) ширинку расстегивает и … подставляет, ты получишь по заслугам, ты сдохнешь, СДОХНЕШЬ!  Я тебя поймаю и придушу! А ПОКА… - тут голос его достигал максима и на том же хрипе начинались «рекомендации» . Первым звучало привычное слово из трех букв -на весь двор:
- А ПОКА.. (Тут сначала страшно хрипящее и длящееся в хрипе Х) @@@ отсасывай, облизывай и хлебай, захлебнись , скотина-а-а-а.!!! ПОДОНОК! ВАРЮГА! ХАНЫГААААА…

Можно не продолжать?

Это длилось и длилось. Как-то однажды, когда я несколько раз среди тишины вздрогнула от неожиданных воплей, и у меня спазмами схватило голову, да к тому же детки построились перед окном и стали улюлюкать- зазывать: «Дедушка, скажи еще», я услышала от очередного наряда полиции: «А в морду ему дать никто не может?»

Видимо, никто у нас в подъезде этого сделать не мог. Но кто-то, скорее всего, пообещал, потому что на некоторое время мужик притих. А потом все началось с новой силой. И подробности его криков были извращенными крайне.

Один знакомый прокурор посоветовал мне составить правильное заявление. Однажды, когда пару ночей мужик орал, а я, проснувшись, больше не могла уснуть, мне показалось, что все, я дошла до ручки. И  тогда я отправилась в адвокатскую контору. Рассказала, что у нас происходит, ребята меня заверили, что точно знают, что именно и как надо написать, чтобы участковый сделал наконец то, что обязан: написал заявление в диспансер. Потому что только диспансер может подать на мужика в суд (вроде так, точно уже не помню).

И что. Я заплатила, они мне все составили. Я разослала по адресам. Видимо, когда начались хождения участкового с бумагами, заходили они и к этому  "борцу за справедливость". Потому что вдруг у нас настала более или менее спокойная жизнь. То есть, он орал, и это было слышно, во всяком случае нам, внизу. Окон не открывал, это была такое облегчение! Все отдыхали.

А потом мы получили очередную описку. Адвокатские бумаги не возымели. Доблестная наша, которую мужик орущий так ненавидит, дело закрыла, не открыв. И ни дети во дворе, ни люди в доме, ни затравленная жена, ни множество вызовов и заявлений – ничто аргументом не явилось.

Вот и сегодня в шесть утра я проснулась, вздрогнув от крика:

- Ханыга! Ворюга! Иди работать, сволочь, всю страну разворовал! Что? Что сказал? Закрой пасть! На тебя найдется управа, я тебя бензином оболью и подожгу, весь твой балкон! Я тебя пристрелю! Я выколю твои глаза!
А ПОКА…

Тэг я ставлю смешной. Потому что эмоций уже нет. Я, наоборот, уже думаю, как же он-то живет в аду, бедный. Ведь он видит кого-то, у него же настоящий бред параноидный. Надрывается ведь, как кричит...
Все правильно, типичная ситуация "палач-жертва". Я уже его жалею.

Ну и уснуть мне, конечно, если уж меня перетрясло от ора, не удается.

А так ничего.
Tags: бред, ужас-ужас
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 98 comments