anna_gaikalova (anna_gaikalova) wrote,
anna_gaikalova
anna_gaikalova

ПАПОЧКА


 

            Завтрак семье я готовлю с вечера, чтобы утром не удручать любимых людей бряцанием  костей и чавканьем суставов. Просыпаюсь и прислушиваюсь. Все ушли? Значит можно начинать аварийную сборку.

            Сказать, что мое тело ночью всего-то лишь были палками – недооценить колотовщика. Ощущение, словно размолотили в крупную щепку. Начинаю очень медленно ворочаться в надежде, что раздробленные куски меня-неподражаемой в очередной раз сцепятся хоть во что-нибудь, способное передвигаться. Шея отдельно, ноги отдельно, руки бесполезны, ничто ничему поначалу не подчиняется, но потом все же что-то с чем-то склеивается, и, ни на секунду не забывая о внутренней гармонии, я пофрагментно  отделяюсь от кровати.  

      

      Путь на кухню вялый, но вот уже я доволоклась, включила чайник и с радостью убедилась, что каши мне домочадцы не оставили. Редкостно повезло, иначе пришлось бы доедать, а так – да здравствует вкусная и нездоровая пища! Пару бутербродов с сыром и аджикой на гриль свч, несколько маслин, кусочек сырокопченой колбасы, кусочек бекона, пара-тройка ломтиков ананаса из банки и наконец кофе, кофе, кофе. По-ку-рить.

            Сигареты как будто не было, завтрак тоже исчез, в следующий раз кушать нескоро, развлечения кончились. Что-либо делать сил нет. Телефон. Можно полежать с трубкой, заодно включить «Модный приговор». Интересно, а что бы смогли сделать стилисты со мной? Бедные стилисты, могу себе представить.

            По-ку-рить. «Контрольная закупка». Нет, это выше моих сил. Чтоб я так что-нибудь пробовала. Лучше на третью, там Петровка, 38. Потом можно щелкать программы не глядя, детективы, суды, участки, короче – события совершенно самодостаточные, зрителя  не требующие. Телефон.

            Такое самочувствие, как будто я – отдельно существующий разум. Все равно это тело неуправляемо, нелечибельно, непрезентабельно, не… Квинтэссенция «не», эпицентр чего-то бывшего, воронка пост-существования. А разум вот, он воспаряет, поднимается над суетой,  возносится над бытием, отрешается, еще немного и просияет. Телефон. Разум – реальность. А вовсе не этот поношенный мешок с расчлененкой.

            Какие у меня сегодня дела? Это не хочу, это подождет, это вообще в следующей жизни. Наверно нужно ответить на письма, но тогда придется  подняться. Люблю Каменскую, хотя с мужем она явно что-то мутит. Разве можно так обращаться с мужчинами? Телефон. Так, как эту дамочку на экране, меня даже в гроб не одевайте.

            Скоро зарядка, завтрак уже переварился. Придется все же воздвигаться, надо переодеться как-никак. Нельзя же поднимать ноги в халате на именно это голое тело. Естественно, именно эти ноги, чтоб мне больше никогда не отразиться в зеркале. Жалко, нет операторов для съемки фильма ужасов. Ничего сочинять не требуется, вот он готовый сценарий.

            На рваном поролоновом коврике в страшных корчах содрогается бесформенное нечто, облаченное в трико и  черную майку с крупной надписью «Птицы летят на йух». Здесь считаем до шестнадцати, здесь до двадцати, главное не спятить. Будем надеяться, что нижняя часть меня от пола все же отделилась. Для качественного выполнения упражнения необходимо лежать на животе, но этому мешает живот. Однако, главное добросовестность, абстрагируюсь от материального, продолжаю счет, зеркала нет, будем верить, что все получилось.  Сорок минут  медленной пытки со звуковым сопровождением. Дыба. Все, что могла, растянула.

            В дУше хорошо, но стоять под водой, как работать. Телефон.  Я не могу ответить, простите, я же не птица для таких перелетов. Перетянула все-таки шею, намазаться лошадиным бальзамом. Какое счастье, что за окном лето! Сохну практически сама, без лишних телодвижений. Надо себя поберечь, усталость от зарядки сказывается. И по-ку-рить.

            Какие идиоты все эти в «Федеральном судье». Хотя что за разница, по любому сплошная подстава. Полежать перед обедом. «Встать, суд идет». Нет, подожду еще немного. Это же не Высший Суд все-таки. Телефон.

            О чем-то я забыла. А ведь скоро вернутся мои, надо готовить ужин. Вечно эта суета после пяти вечера. А! Позвоню папе, а уж потом соскребусь.  Чертово тело, до трубки дотянуться, и то проблема. «Але, папочка? Как ты?»

            «Здравствуй доченька! – Если закрыть глаза, покажется, что отец гарцует. Голос приподнят. – Я, знаешь ли, просто в цейт-ноте! Вообрази, что-то зачудил рекордер, а мне необходимо переписать Шуберта для вдовы моего друга. Соната ля-мажор! Вели-ко-ле-е-пно! И непременно финализировать запись, чтобы   ею можно было воспользоваться! Я поставил себе напоминание на мобильнике, ты же понимаешь, что из-за обилия дел я просто могу что-то упустить!  Кстати! Твои диски тебя ждут, приезжай. Только не на этой неделе, у меня все расписано по минутам, я просто чудовищно занят! Да! Я сегодня долго провозился с компьютером, все же в моем возрасте освоение техники несколько замедленно. Но мне удалось разобраться со скайпом! Говорил с Францией, это чудо, просто чудо цивилизации! Ты знаешь, девочка, я потрясен! Как интересно жить, сколько в мире всего прекрасного и это доступно! Жаль только, что в сутках так мало времени! Ты здорова?  Ну прости, я должен вернуться к делам!»

            «Целую тебя, дорогой…» Я нажала кнопку «отбоя» и улыбнулась. Какой  ты молодец,  папочка, - подумалось мне. – Ты мое обещание!  Значит, и у меня еще все впереди…

            Моему отцу девяносто. Мне чуть меньше. Разница уже несущественна.

Tags: миниатюра, юмор
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments